Интервью с актерами сериала "Кухня" Михаилом Тарабукиным и Сергеем Лавыгиным

Интервью с актеров сериала "Кухня" Михаилом Тарабукиным и Сергеем Лавыгиным

Сергей Лавыгин - Сеня
Мастер по шинковке и мясу. Веселый и дружелюбный парень, хотя и трусоватый. Шеф характеризует Сеню одной фразой: «Он настоящий дуралей, но мастер своего дела!» Вместе со своим напарником Федей он отвечает за все розыгрыши на кухне. Еще Сеня подворовывает продукты, и думает, что шеф про это не знает.

Сергей, что скажете о сценарии третьего сезона «Кухни»? Как он вам?

У нас появляются новые персонажи и сохраняются все интриги. Сценаристы – молодцы: казалось бы, третий сезон, пора исписаться. Но им удается поддерживать и даже улучшать то, что они придумали в начале нашей истории. Второй сезон получился интереснее, чем первый, а третий, я надеюсь, будет еще более совершенным.

Что нового у Сени и Феди, которые, кажется, совершенно неотделимы друг от друга и способны на любое хулиганство?

Это действительно так. Мне кажется, наши с Мишей Тарабукиным персонажи тем и хороши, что могут появляться абсолютно в любой момент и в самом неожиданном виде. Если Федя, скажем, прыгнет с парашютом или погрузится в Марианскую впадину, это будет очень в его духе. Он человек-загадка, и зрители это прекрасно понимают.

А ваш персонаж – Сеня – более понятен?

Про Сеню тоже мало что известно, но это и хорошо. Я уверен, что на каждой кухне есть такой повар. Не в том смысле, что он то хитрит, то ворует, нет. Меня, кстати, часто спрашивают, как я отношусь к тому, что Сеня ворует…

И как же?

Я не могу его обвинять, я его защищаю. Дело в том, что воровство для Сени – это вид спорта, охота, игра. Не сказать, что он колоссально обогащается от спертого килограмма мяса. Ему интересно не украсть, а чисто по-кошачьи спереть, стибрить…

Какой он вообще, ваш Сеня? Можете описать его характер?

Сеня – добрый, компанейский, трусоватый… Он обожает авантюры и одновременно панически их боится (улыбается). Пусть это прозвучит громко, но Сеня – это некая выжимка, сбор разных черт характера. И все его подколы – не злые, не чтобы обидеть, а чтобы проверить на юмор. Они потому с Федей и сдружились, что Федя эту проверку прошел. Я кстати уверен, что в жизни Федя и Сеня – лучшие друзья.

Вы так же дружны с Мишей Тарабукиным?

Мы действительно сдружились. При том, что ни я ему, ни он мне не понравились, когда мы встретились на самой первой читке. Мишка – шумный, громкий, требует к себе много внимания. Мне он показался каким-то разрушителем. Но потом мы чудным образом друг друга дополнили, совсем как Федя и Сеня (улыбается). Дмитрий Юрьевич постоянно шутит, что персонажи нас с Мишкой уже съели.

Доля правды в этой шутке есть?

Знаете, у нас был случай в Геленджике: мы с Мишкой куда-то шли и начали оживленно о чем-то спорить. Мимо ехали люди на велосипедах, посмотрели на нас, послушали и сказали: «Вы же не играете ничего в сериале, вы реально такие»… Мы, конечно, начали доказывать обратное, что мы вообще другие и хватит нас сравнивать… И чем активнее мы оправдывались, тем больше становились похожи на своих персонажей (улыбается)… Так что отчасти Дмитрий Юрьевич прав…

А как у вас с ним, к слову, отношения складываются?

Мы иногда созваниваемся, обсуждаем футбол, поздравляем друг друга с праздниками. Со съемок во Франции Дмитрий Юрьевич каждому из нас привез поварской колпак с надписью «petit chef», что с французского переводится как «маленький шеф».

Да, повезло вам с коллективом… В такой компании съемки полного метра «Кухни» во Франции наверняка превратились в путешествие почти семейное…

Франция – это действительно подарок судьбы. Мы много гуляли, ездили на машине в Брюгге… Вообще, надо чаще смотреть по сторонам и отдавать себе отчет в том, что вокруг – здесь и сейчас – происходит сказка. И еще – не бояться мечтать, ведь то, чего ты очень сильно хочешь, со временем материализуется.

О чем вы мечтали и что позже воплотилось в жизнь?

Много о чём… Например, я мечтал стать актером. Оформилась эта мысль лет в четырнадцать, но задолго до этого она витала в воздухе: я смотрел кино и мультфильмы по сто раз, и мне невероятно хотелось попасть в эту жизнь…

Кем именно вы хотели тогда стать? Актером или скорее режиссером?

Я хотел быть персонажем из кино, который живет такой сказочной жизнью. Помню пионерский лагерь, в котором попал в кружок актерского мастерства. Мы делали этюды, имели успех, народ смеялся, и это было очень приятно...

Свой первый этюд помните?

Да, я играл ученика пилота. По сценарию, пилот терял сознание прямо в кабине самолета, и всё это вытекало не в драматический, а в чисто комедийный жанр. Мы показали этот этюд один раз, потом другой, затем нас просили показывать его на всех праздниках, и мы всегда имели неизменный успех. Видимо, тогда я и поймал эту «заразу»: ты выступаешь – тебя все любят (улыбается). Конечно, это было еще детское. Хотя подобные «бонусы» профессии всегда приятны.

Вы помните, как вас впервые узнали на улице?

Да, это было после скетч-кома про врачей. Я опаздывал в театр, как вдруг какой-то мужчина остановил меня фразой: «Спасибо, доктор!». Я совершенно не сообразил, в чем дело. «Спасибо вам за вашу передачу!» – уточнил прохожий, видя, что я не понимаю. «А, в этом смысле!» – наконец догадался я и, совершенно окрыленный, полетел дальше.

А «Кухня» дарит вам «бонусы» профессии?

Конечно. Как-то раз в пятницу вечером мы пришли в кафе, которое оказалось полностью забито. “Извините, мест нет!” – с порога заявили нам, а потом, когда узнали в нас артистов “Кухни”, посадили в отдельную кабинку, за столик, забронированный для хозяина этого кафе. Пустячок – а приятно. Значит, мы делаем что-то такое, за что хочется ответить улыбкой, добром… Так, когда мы были в Геленджике и каждый вечер ужинали в одном и том же кафе, нам приносили комплимент от шеф-повара: то мороженое, то клубнику со сливками… Это было приятно.

А молекулярную кухню, речь о которой идет в третьем сезоне «Кухни», вы когда-нибудь пробовали?

Да. Язык можно проглотить, настолько это вкусно. Я пробовал молекулярный говяжий суп с тремя маленькими дольками чего-то… Ел потрясающую телятину, которая растворялась на языке, ее даже не нужно было жевать.

А на съемочной площадке «Кухни» вам досталось немного «молекулярки»?

Да, мне досталось несколько десертных капель размером с пятирублевую монету. Они выглядели как мармелад, а по вкусу были как свежие ягоды.

Говорят, третий сезон будет щедрым на экшн. Сене от сценаристов в этом смысле достанется?

В третьем сезоне, как и в полном метре «Кухни», Сеня частенько горит. Причем – совсем как в поговорке «На воре и шапка горит» – горит Сеня из-за своего спортивного воровства (улыбается). Вот такая кармическая расплата. Если говорить о моих ощущениях, я горю уже совершенно спокойно, потому что за все время съемок сериала проделывал этот трюк четыре или пять раз.

То есть огонь – настоящий, не «холодный»?

Конечно, настоящий. Технология такая: под низ надеваешь противопожарный костюм, сверху – свою одежду, затем – специальный фартук. Мне даже жарко не становится. За кадром, конечно, стоят люди с огнетушителями и тут же меня тушат. Единственное, когда горел живот, нужно было отворачиваться, чтобы не обжечь лицо горячим воздухом. Как я только не горел! И спереди, и сзади, и на полу, и на асфальте, и даже на бегу. Можно в актерской анкете отмечать умение гореть как особый навык (улыбается).

Виноват Сеня, а горите – вы!

Да (улыбается). Но Сеня за дело получает: ему то палец отрежет, то он в больницу с отравлением загремит... Бог – не Тимошка, видит немножко. Словом, не надо воровать (улыбается).

Интересно, кем вы могли бы стать, если бы не стали актером…

Я испытывал большой интерес к профессии врача. И испытываю его до сих пор, иногда даже смотрю реальные операции на YouTube (улыбается). Причем меня так сильно засосало, что на 25-летие друг подарил мне медицинскую энциклопедию. Я прочел её всю, некоторые статьи – не по одному разу, и теперь считаю себя домашним доктором (улыбается).

В вашем роду были врачи?

Нет, я даже не знаю, откуда это мое «хобби».

А актеры в вашей семье – были?

Нет. Родители – физики и математики, брат занимался спортом, а потом – бизнесом. Хотя, моя мама в детстве занималась в театральном кружке – может быть, мне что-то передалось от нее…

Михаил Тарабукин - Федя
Специалист по рыбе. Держит себя как бывалый моряк закаленный суровой морской стихией. Любит рассказывать различные байки, которые начинает со слов: «У нас на флоте…». Федя спец по рыбным блюдам и настоящий профи по приколам и розыгрышам.

Михаил, расскажите, что ждет повара Федю в третьем сезоне проекта “Кухня”?

Дело в том, что персонажи Федя и Сеня находятся вне времени. Поэтому мы с Сережей Лавыгиным, который играет повара Сеню, валяли дурака – примерно так же, как в первых двух сезонах (улыбается).

А в полном метре «Кухни» Феде удалось выйти за эти рамки?

Да, у Феди там весьма интересное развитие. Интрига заключается в том, что Федя окажется совсем не тем, за кого себя выдает… Но больше ничего не скажу – подвесил тяжелую гирю интриги, и пусть теперь зрители ждут, когда своим весом эта гиря оборвет веревочку, на которой подвешена (улыбается).

Расскажите, пожалуйста, о съемках во Франции, где снимали полный метр.

Это было любопытно и весело: нас поселили возле знаменитого Мулен Руж. По вечерам, возвращаясь в номер, можно было наблюдать весьма интересных персонажей… Копилка моего актерского опыта заметно пополнилась. Я благодарен нашим продюсерам за такое решение: если бы нас поселили, скажем, около Эйфелевой башни, это была бы попса.

Как вам понравилась французская кухня?

Никакой французской кухни, я считаю, не существует. Просто французы используют много морепродуктов, но они также присутствуют в кухнях Японии, Италии, Испании… Да, и еще во Франции любят устриц, но плавающих в кости соплей мне, человеку крестьянскому, не понять (улыбается). На мой взгляд, французская кухня – это отличное вино. Поскольку я фанат красного сухого вина, я с удовольствием его дегустировал.

Вы готовите дома для себя?

Да. На Новый год мне подарили мультиварку – оказалось, потрясающая штука. Самое простое филе индейки или цыплёнок получаются невероятно вкусными. А какую я паэлью с морепродуктами приготовил – это что-то. В общем, всем рекомендую обзавестись мультиваркой – на самом деле полезная вещь.

Проект «Кухня» как-то изменил ваше отношение к ресторанам?

Нет. Мне как не нравились московские и питерские рестораны, так и не нравятся. Это полная ерунда: дорого и невкусно. Я не ханжествую, не пытаюсь оппозиционно мыслить и кого-то осуждать, но я действительно не вижу смысла в посещении этих ресторанов с целью вкусно поесть. Посидеть с друзьями и пообщаться – да, получить удовольствие от еды – нет.

Вы обращали внимание на работу профессиональных поваров, которые заняты на съемочной площадке «Кухни»?

Да. Наши ребята могут сделать красиво буквально из ничего. Они создают настоящие визуальные шедевры. Но так как это больше вопрос декора, каких-то тонкостей и рецептов я не выспрашивал. У нас все-таки не кулинарное реалити-шоу, а кино. Наш сериал – не про еду, а про человеческие отношения. Хотя внимание к деталям, безусловно, важно, и наши сценаристы подходят к этому вопросу серьезно и внимательно.

А вы с кем-то из актеров «Кухни» за время работы над проектом сдружились?

Как ни странно, самые дружеские отношения у меня сложились с тем же Сережей Лавыгиным – все совсем как в кино. Зрителям, наверное, было бы интереснее, если бы я закрутил роман с кем-то из наших актрис, но случилось как случилось (улыбается). Я вообще скучный человек, правда. Не являюсь оппозиционером, не хочу на Болотную площадь и на Сахарова, не смотрю телеканал «Дождь», не проповедую здоровый образ жизни, не женат и не собираюсь… В свободное время пью вино и смотрю кино – вот и все мои увлечения. Да, еще в парке иногда подтягиваюсь и отжимаюсь.

Интересно, как человек интровертивного склада пришел к актерской профессии – одной из самых экстравертивных…

По большому счету, это получилось случайно. В детстве я рос болеющим ребенком, который был постоянно освобожден от уроков физкультуры и труда. Позже выяснилось, что я абсолютно бездарен в точных науках. И к одиннадцатому классу мы с мамой поняли, что идти мне некуда: ни талантов, ни увлечений, ни денег, ни блата. Все изменилось в один момент: когда класс начал готовиться к выпускному вечеру, я почему-то активно включился в этот процесс. Я стал абсолютным форвардом и даже на один вечер стал звездой стенд-апа, хотя никогда не смотрел КВН. Глядя на все это, моя мама, сидевшая в зале вместе с родителями других выпускников, решила, что я, пожалуй, могу попробовать поступить в театральный вуз…

Ваша мама имеет какое-то отношение к актерской профессии?

Никакого. Она простая женщина, которая много лет работала в школе детским врачом.

Вы прислушались к маминому совету?

Да. Я выучил стихотворение, басню и прозу и пришел поступать в Щукинское училище. Больше никуда не показывался – меня сразу взяли.

А что сказал на это ваш отец?

О, это долгая история… Я никогда не видел своего отца. Родители разошлись, когда мне было два года, и я папу, конечно, не помнил. Но мама не говорила мне, что он летчик, который погиб при выполнении спецоперации, нет… Я знал, что папа у меня есть. Он все это время жил в Германии. Мой папа – выдающийся музыкант, талантливый баянист и пианист, лауреат множества конкурсов. У меня есть мечта: записать с отцом диск и назвать его, например, «Тарабукин-Тарабукин». Я бы пел, а папа бы играл на музыкальных инструментах…

Так вы сейчас общаетесь с отцом?

Да. Два года назад отец вышел со мной на связь и пригласил к себе в Германию. Мы встретились в аэропорту Берлина, обнялись так, как будто расстались только вчера, и поехали обедать.

Но почему отец не вышел на связь раньше?

Конечно, у него были мои координаты, но он звонил по старому городскому телефону в квартиру, с которой я давно съехал… Других способов связи со мной отец не знал – он такой ретроград… За те два года, что мы общаемся, я познакомил его со смартфоном, скайпом, социальными сетями…

Ваши родители сейчас общаются?

Да. Более того, после того, как к отцу слетал я, к нему отправилась мама. И, спустя двадцать лет, они снова поженились. Сейчас мои родители живут в Берлине… Мы стараемся быть на связи: мама максимально погружена в мою работу, она постоянно звонит, интересуется, как у меня дела, смотрит все проекты с моим участием. У папы есть коллекция дисков с фильмами, в которых я снимался… Я кстати считаю, что мой отец преуспел в своей профессии намного больше, чем я – в своей. Он более талантливый музыкант, чем я – артист. Абсолютный фанат своего дела.

Поступив в театральный вуз, вы никогда не сомневались, что выбрали неправильный путь?

Я понял, что со мной происходит, только к концу третьего курса. Так случилось, что у меня был очень плохой педагогический состав. Мне не повезло ни с педагогами, ни с курсом. Так что сейчас я активно наверстываю. Всему, чему я научился, я научился на съемочных площадках. По насыщенности и полезности съемки заменили мне четыре года учебы в институте. Я благодарен судьбе, что мне везет на партнеров и режиссеров, которые так много мне дают…

А «Кухня» является одним из таких личных «университетов»?

Разумеется. Количество талантливых людей, занятых в этом проекте, на квадратный метр просто зашкаливает. Это не съемочная площадка – это бахча. «Кухня» – это мега крутой проект, поэтому неудивительно, что он так популярен: над его созданием работают действительно профессиональные и очень талантливые люди.

Комментарии

Ваш псевдоним
  • Гость
    29 декабря 2014, 12:57
    классное интервью
    Ваш псевдоним
  • Гость
    14 ноября 2014, 17:38
    класс и нечего скаазать
    Ваш псевдоним
  • Гость
    20 августа 2014, 14:08
    интервью мне понравилась класс))))))
    Ваш псевдоним
  • Влад
    16 июля 2014, 19:38
    Интервью — супер! Очень интересно узнать о закадровой жизни актёров. Особенно понравилось в конце, где Миша Тарабукин рассказывает о поступлении в театральный вуз.
    Ваш псевдоним
  • Гость
    20 июня 2014, 22:29
    Да, уж. Классное интервью! Мне очень понравилась!
    Ваш псевдоним
  • Гость
    2 апреля 2014, 16:28
    Класное интервью! Очень много узнала о них!
    Ваш псевдоним